Спецприемники с задержанными на митингах изнутри: «Места хватит всем»


0
Categories : Общество

Задержанных участников протестных акций увозят в Московскую область — в Москве мест практически не осталось, как сообщают СМИ и соцсети, в камерах перелимит.

Наш обозреватель в качестве правозащитника, члена ОНК Московской области, проверила условия содержания прибывших отбывать административное наказание в спецприемники Истры и Мытищ.

Фото: Екатерина Сажнева

Здание полиции в Истре семиэтажное, построено в 2008-м году. Спецприемник для административно арестованных находится на втором этаже в левом крыле. В нем семь камер с вместимостью 25 человек. До последних событий средняя ежесуточная наполняемость составляла 19 человек. Сейчас здесь находится 21. Четыре места пока свободны. 

«На работе ждет премия»

О том, что привезут партии из Москвы, сотрудники были предупреждены за несколько дней. Все камеры заранее проветрили и продезинфицировали. Ватные матрасы выдали, какие есть, так как прежние сидельцы любили их портить, рвать и поджигать.

Фото: Екатерина Сажнева

Никогда раньше «политических» в Истре не бывало. Отбывали наказание хулиганы, злостные автонарушители, лица без определённого места жительства.

Сейчас — студенты, работники офисов и сферы услуг, спортсмен, помощник депутата… География прописки — Москва, Краснодар, Иркутская область, Хабаровск, Белоруссия. Возраст от 18 до 47 лет.

Большинство растеряны или наоборот возбуждены, не понимают, как себя вести, какие требования по отношению к ним законны, а какие — нет. Так, несколько ребят, прибыв в спецприемник, отказались дактилоскопироваться. Им объяснили какие-то юристы, что это их законное право. На самом деле отпечатки можно не сдавать в полиции, если личность задержанного по административному правонарушению может быть установлена с помощью паспорта.

После вынесения решения суда «пальчики» уже в обязательном порядке попадают в базу МВД. И это на всю жизнь. Даже когда административный арест де-юре будет снят, де-факто следы его со всеми вытекающими останутся. А на тех, кто отказывается прокатать пальцы, может быть составлен второй протокол.

Подавляющая часть отбывает административный арест впервые. Только один из попавших сюда ранее имел уголовную судимость. В основном домашние мальчики, примерные мужья. К 47-летнему Евгению в первые часы попросилась на свидание супруга с 3-месячным младенцем. Свидание сразу дали. Каждый из административщиков имеет право на одну встречу с близкими людьми и любое количество передач общим весом до 30 килограммов за весь период.

Другого парня задержали впервые 23 января, во время первого митинга, выписали штраф 12 тысяч и отпустили. 31-го он снова был задержан и получил уже 15 суток. Задержанным третий раз будет грозить уголовка — ст. 212 УК РФ «Массовые беспорядки», организаторам — до пятнадцати, рядовым участникам —  до восьми лет лишения свободы.

Те, кто сидят в Истре, задержанию не сопротивлялись, это доказывает отсутствие травм и синяков на теле. При поступлении людей в обязательном порядке осмотрел фельдшер.

Кстати, в истринский спецприемник привезли тех, кто был осуждён Тушинским и Хорошевскими судами. Те, кто прибыли из Тушина, будут находиться под арестом пятнадцать суток. Из Хорошевского суда задержанные при тех же обстоятельствах заехали на семь.

Забегая вперёд, в мытищинский спецприемник доставляли из Мещанского суда (15 суток) и Хамовнического (всем по 5).

Камера первая, в Истре. Сидят четверо. Два друга-студента вуза, ещё один их ровесник, кашляет, говорит, что сильно замёрз в автозаке, и 35-летний лыжник Николай. Про последнего написали в соцсетях. По рассказам, он шёл провожать девушку на поезд и был взят росгвардейцами случайно.

Впрочем, 99% утверждают, что просто шли в магазин или аптеку, или выходили из метро, или провожали девушку, или возвращались с работы, в ситуации, когда «лес рубят — щепки летят», судьи предпочитают не верить никому. 

Тех, которые целенаправленно отправились на митинг и не скрывают этого, в двух спецприемниках, по моим подсчетам, набралось человек пять. Из 35. История Николая с поездом и девушкой выглядит убедительно.

Фото: Екатерина Сажнева

Четверть часа, положенных по закону телефонных переговоров в сутки (аппарат выдают личный, при его отсутствии могут предложить стационарный), Николай тратит на работу, чтобы дистанционно, без выхода в интернет тренировать команду лыжников. Почему не звонит родным? Говорит, не хочет сообщать, где он.

Таких, чьи близкие не знают об аресте — до четверти. По возрасту, все молодые, не москвичи, тем было бы сложнее обьяснить своё многодневное отсутствие, в принципе, люди совершеннолетние — имеют полное право, главное, как объясняют им правозащитники, чтобы родственники не искали по больницам и моргам. 

Замечаю на столе в первой камере разыгранную партию в шахматы. Настольными играми, шахматы, шашки, нарды, снабжены все помещения.

«Вся моя жизнь — шахматы, что на свободе, что здесь», — философски замечает лыжник Николай. За три дня за решёткой сыграно уже тридцать партий. «И кто ведёт?» — интересуюсь у него. «Конечно, я!»

Его соперникам по камере — по восемнадцать. Москвичи. Мамы все знают. В вузе, где учатся оба, пока не в курсе. Но что делать, когда (если) узнают, мамы ума не приложат.

С родителями одного из арестованных я как член ОНК, пообщалась по телефону.

У Олега (имя изменено — авт.) сломалась брекет-система. Обычную стоматологическую помощь в месте отбывания наказания оказывают, если острая боль или нужно вырвать зуб, но платные услуги за решёткой не предусмотрены. Хотя врача за свой счёт пригласить можно. Жевать-то чем-то пятнадцать суток надо. Мама Олега по телефону заодно спрашивает, разрешены ли к передаче кока-кола, чипсы, печеньки, сухарики? Мальчишки очень любят все вредное и запрещённое. Кола запрещена всем. В чипсах и сухариках отказали лично Олегу из-за проблем с зубами.

На разговор с родителями Олег тратит ровно минуту в день. «Мам, у меня все в порядке, я тебя очень люблю». Оставшиеся четырнадцать уходит на то, чтобы переговорить с адвокатом. Адвокаты у большинства — общественные, бесплатные, до этого представляли их интересы в суде.

Но тут надо понимать, что на каждого такого защитника-волонтера — десятки нуждающихся в помощи, и даже чисто физически невозможно успеть всех проконсультировать. Так что некоторые пока так и не смогли дозвониться.

При этом с обжалованием решения суда надо успеть за десять дней. Четверо человек из мытищинского спецприемника накануне как раз вернулись с апелляции. Отказали всем.

Во второй камере сидит помощник депутата Мосгордумы. К нему адвокат приезжал лично.

— На работе проблем нет из-за прогулов? — спрашиваю я у помощника.

— Нет. Ждут моего возвращения. И даже премию пообещали!

23-летний Антон из третьей камеры учился на актерском, работает официантом. Его уволили сразу. Зато появилось время заняться творчеством. Он пишет рассказ, который назвал «Московская ночь». Тот будет про задержание и про суд.

«Там будет только ночь, много дней подряд, и ничего, кроме ночи», — рассказывает Антон о своём замысле. Что будет делать после освобождения, молодой человек пока не знает.

На его койке на первом ярусе лежат Иммануил Кант, Эрнест Хемингуэй и Рафаэль Сабатини. Хорошо идёт фантастика о будущем — «Метро 2033», приключения, насчёт духовной литературы поинтересовался только один. Принесли Библию из «тюремной» библиотеки.

Члены ОНК около Истринского ОМВД Фото: Екатерина Сажнева

Мой коллега по ОНК Сергей Харив религиовед по специальности, объезжая места принудительного лишения свободы, обычно спрашивает у отбывающих срок, нуждаются ли они в общении со священнослужителем? Осуждённые преступники любят порассуждать на этот счёт, вера — неотъемлемая часть тюремной культуры.

Но так как в нынешних условиях в спецприемниках контингент совершенно другой, интеллигентный и образованный, большинство сказали, что не верят ни во что, несколько человек — что агностики и верят в самих себя, а один является пастафарианцем и поклоняется Летающему Макаронному Монстру

Молодежь признаётся, что читать как-то с детства не очень. Телевизора в камерах тоже нет — он разрешен, но оборудуют по возможности. А без интернета вообще ломка.

Раньше при советской власти административно арестованные чистили дорожки, разгребали снег, работали на стройках. Все помнят кино про приключения Шурика. После распада СССР общественно-полезный труд канул в лету.

В 2019-м проводили специальный мониторинг, по инициативе Уполномоченного по правам человека Московской области ездили по местам отбывания наказания по Подмосковью, говорили с людьми, многие просили, чтобы им было хоть чем-то заняться. Рекомендовали по итогам внести изменения в административные акты МВД. Пока не решилось.

Прогулки на свежем воздухе раз в день по часу, душ раз в неделю для мальчиков, и два раза — для девочек. Вот и все развлечения.

Просто так лежать полмесяца на кровати — бог весть до чего додумаешься. 

Один из обитателей камеры в Истре, лет двадцати от роду, спрашивает, можно ли получить ручку, карандаш и бумагу. Спрашиваем: это для апелляции? «Нет, хочу свои мысли записывать. У меня мысли появляются. Разные».

— Только на стенах не пишите, — предупреждают его сотрудники. — А то у нас раньше всякие глупости писали!

Молодой человек клянётся, что и не думал.

Сразу видно, что он не из тех, кто пишет на стенах, не хулиган.

Особое меню

У одного мужчины проблемы с ЖКТ, положено безглютеновое питание, ему теперь из ресторана специально доставляют белковые блюда. Кстати, если кто-то попадёт в места не столь отдаленные, при себе лучше всегда иметь медицинские справки о диагнозах и принимаемых лекарствах. Как показывают последние события, случиться может всякое, следует подготовиться.

В спецприемнике еду не готовят. Ее доставляют из местного ресторана, с которым заключён госконтракт. В Подмосковье так везде.

Фото: Екатерина Сажнева

Привозят питание в пластиковых порционных контейнерах. На обед был гороховый суп и мясо с картошкой, на завтрак — пшенная каша.

По условиям содержания претензий ни у кого нет. После того, как в Москве в ожидании суда по двадцать-сорок часов, как рассказывают, просидели в автозаках, а в интернете появились фото с переполненными камерами в спешно переоборудованном под спецприемник Центре временного содержания иностранцев в поселке Сахарово, здешние порядки оказались вполне приличными, а готовка вкусной. «Лучше кормят, чем у нас в колледже», — признался один из мальчиков. Для подмосковных спецприемников, в отличие от Москвы, это действительно новый опыт, и поэтому они стремятся не ударить в грязь лицом.

…В отличие от Истры, Мытищи от Москвы — рукой подать. Здесь сейчас отбывают административное наказание четырнадцать человек, из них две девушки, 27 и 19 лет. Той, которая моложе, дали 15 суток, другой 5. Обе не замужем. Говорят, что у них все хорошо, не соскучились, так как несколько дней проболтали о своей жизни (женщинам с этим проще), на столе — книги, свежие фрукты.

Сразу, как привезли партию арестованных, к спецприемнику в Мытищах приехали волонтеры с подарками и передачами, совершенно незнакомые люди. Привезли даже надувной ортопедический матрас и походный спальный мешок. Но — не положено.

Фото: Екатерина Сажнева

Стены камер недавно перекрасили в нежный салатовый цвет. Кстати, по рекомендации ОНК, до этого были темные краски. Проблема в содержании только одна. Из-за конструктивных особенностей здания в самих камерах нет стационарных унитазов, выводят в общий туалет по первому требованию. Никто жалоб по этому поводу не предъявлял, людей опросили. Впрочем, в этом тоже есть некоторое разнообразие.

Те, кто был административно осуждён Хамовническим судом на пять суток, сегодня, в пятницу, уже выйдут на свободу. «Не знаете, случайно, когда следующий митинг?» — шутя поинтересовался один из них.

Так что перелимита, как в московских спецприемниках, в Подмосковье нет. Наоборот, камеры постепенно освобождаются, и ещё несколько учреждений в области при необходимости готовы принять москвичей.

Комментарий Сергея Леонова, председатель ОНК Московской области, член Совета при губернаторе Московской области по развитию гражданского общества и правам человека: «Считаю очень важным, что на сегодняшний момент из всех проверенных Спецприемников Московской области, ни в одном нет ни одного человека с  телесными повреждениями, учитывая сколько сообщений и видео распространяются во всевозможных соцсетях и изданиях об избиении участников несанкционированных митингов при задержании. 

Жалобы на условия содержания, на действия и отношение сотрудников Спецприемников Московской области также не поступали. В основном все вопросы касались, особенностей отбывания административного ареста, диетического питания, вопросы по списку разрешенных продуктов питания и вещей первой необходимости и много вопросов по порядку и возможности получения юридической помощи, для подачи аппеляционной жалобы.

Сообщали, что адвокаты, которые обещали их защищать от и т.д. не всегда берут сейчас трубки и тем самым лишают их надежды подать апелляцию. 

Были случаи, когда административно арестованные, не разобравшись до конца в содержании, распространяемых в сети видеороликов, юристов, которые уверяли,  что не стоит бояться идти на митинги и разъясняли как себя вести в случае задержания, отказывались от законных требований сотрудников Спецприемника, пройти обязательную, для подвергнутых административному аресту, государственную дактилоскопическую регистрацию. Ссылались они при этом именно на вот такие видеоролики в сети интернет. 

Особое внимание члены ОНК также обращают на питьевой режим административно арестованных и обеспечением их всем необходимым в соответствии с требованием 67-ФЗ и ПВР в местах отбывания административного ареста. Каждый человек обеспечен индивидуальным спальным местом, полным комплектом постельного белья, трёхразовым горячим питанием, в каждой камере есть емкость с питьевой водой.

Каждый день всем предоставляются телефонные звонки. Передачи принимаются. Свидания проходят. Хотел обратить внимание, что очень много передач в Спецприемники сейчас передают волонтеры, они так же помогают родственникам с составлением Описи и Заявления о приеме передач, что ускоряет этот процесс. В Спецприемниках МО, в связи с увеличением количества передаваемых посылок, пошли на встречу и увеличили время для приема передач.

Все 24 часа в сутки мы держим постоянную связь и в регулярном режиме обмениваемся информацией с Уполномоченным по правам человека в МО, с Председателем Совета при Губернаторе МО по развитию гражданского общества и правам человека, с ГУ МВД России по МО.

При получении любой информации касающейся зоны общественного контроля ОНК сразу ее проверяем и выезжаем при необходимости на место». 

Источник

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *