Психолог оценила видеоролики в поддержку казанского стрелка: это «сигнал взрослым»


0
Categories : Общество

«Неужели из парня сделают овощ? Мне так его жалко!» — рыдает на камеру симпатичная девчушка лет пятнадцати. «Это все родители виноваты, общество, школа, а он такой красивый». «Кто из вас без греха, бросьте камень в казанского стрелка», — даже цитируют ученики Библию.

Почему же подростковый протест приобрел такие чудовищные формы? Неужели школьники искренне готовы сочувствовать убийце, а не его жертвам или это обычный хайп на крови?

Мы поговорили с психологом Еленой Аслановой, чтобы понять, к чему может привести такое демонстративное сочувствие преступнику.

Фото: Кадр из видео

– Можно ли считать сочувствие стрелку нормальной реакцией, «милостью к падшему»?

– То, что совершил казанский стрелок, ужасно и непоправимо. Был ли он вменяем или нет, решат экспертиза и суд, с нашей же стороны надо понимать, что в данном случае любая поддержка сумасшедшему человеку — ненормальна.

– Но почему тогда некоторые дети и подростки встали на его сторону?

– Возраст людей, отстаивающих Ильназа, варьируется от 14 до 21-22 лет. Данная возрастная категория является наиболее уязвимой в подобных ситуациях. Если мы вспомним, что происходило в довоенной Германии, то поймем, что именно молодежь первой начала поддерживать фашизм. Старшее поколение сначала заняло нейтральную позицию, а потом и вовсе предпочло не вмешиваться. В свою очередь, именно молодые превратились в солдат рейха, массово истребляющих себе подобных.  Взрослый, психологически здоровый и устойчивый человек понимает и имеет независимое видение ситуации, что нельзя сказать про несовершеннолетнего. 

— Может быть, это своего рода бунт?

– Да, подросткам свойственно идти на некий бунт против диктата родителей. Им присуще желание сепарироваться, а чтобы это было проще сделать, необходимо оградить себя от каких-либо морально-этических норм, чтобы стать не похожими на своих сородичей. Сейчас у нас детоцентрическое общество, то есть семья ставит ребенка и его интересы в центр всей системы своего существования, при этом взрослые никак не контролируют психическое состояние детей.

Казанскому стрелку 19 лет, он стал совершеннолетним всего лишь год назад, по какой-то причине у него произошли изменения в голове, он начал исповедовать совершенно иные моральные ценности. Очевидно, что у него была платформа для этой метаморфозы: наверняка подобные мысли проскальзывали и раньше, когда он жил в семье, просто на это никто не обратил внимание. И когда мы видим детей, плачущих над его судьбой, происходит точно такая же аналогия. Дети сигнализируют, что с ними что-то не в порядке, они открыто заявляют об этом, но вот захотят ли их услышать взрослые?

– На ваш взгляд, стоит ли запрещать подобные ролики с поддержкой убийцам?

— Прежде всего их нужно отслеживать. Конечно, морально-этическая сторона поведения подростка, когда он выходит в соцсеть, лежит на родителях. Нельзя допускать, чтобы он делал, что хотел, плыл по течению. Но когда речь идет о маленьком ребенке, все прекрасно знают, что его нельзя оставлять дома одного, нельзя отпускать далеко гулять, однако, повзрослев, человек все чаще начинает быть предоставлен сам себе. Подчеркиваю, необходимо следить не за тем, сделали сын или дочка уроки, а за тем, что и о чем они думают, чем реально интересуются – это самое главное.

Источник

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *